drygcheloveka (drygcheloveka) wrote,
drygcheloveka
drygcheloveka

Categories:
Пришла подруга и вымыла мое окно. Принесла с собой пузырек навсегда исчезнувшей марганцовки: давно уже нигде не достать, люди крупинки жертвуют друг другу, а не то чтобы окна мыть.
Принесла свои газеты - а то вдруг у меня нет.
Вынула винты под мои стенания и уверения, что единожды развинтивши, назад старинное окно невозможно завинтить никогда.
Вымыла в трех водах. Причитала, что до нее какой-то нерадивый мойщик пользовался "химией", и теперь на окне "разводы".
Еще раз вымыла. Опять разводы. Третий раз вымыла...
Окно проснулось, распахнуло блистающие чистотой стекла в залитый солнцем божий мир и несказанно удивилось увиденному. По другую сторону баррикад на зеленой ветке знакомая ворона размышляла, бывают ли в природе такие прозрачные стекла, а если нет, то можно ли тут уже чем-нибудь поживиться.
Я ахала и прижимала ладони к щекам.
Подруга споро, как автомат Калашникова, собрала замершее в экстазе окно, горестно обозрела сверкающее великолепие, еще раз указала на ряд недопустимых дефектов и в целом осталась не слишком довольна результатом.
Ушла, на прощанье пообещав вернуться и перемыть правую половину, а также рассказав анекдот про ад для перфекционистов.
Теперь вымытое мною неделю назад окошко на кухне кажется мне недопустимо грязным, а свежепомытое - вовсе лишенным стекол. Была бы я птичкой, влетела бы и с размаху ударилась грудкой.
Хорошо, что я не птичка.

Решили собрать маленький икеевский столик - я и Петя, только мы вдвоем, никаких дедушек, никаких старших братьев, потому что потому - ведь даже грудной младенец соберет икеевский столик. Так мы думали. И, я уверена, что так оно и есть - грудной младенец его непременно соберет.
Для начала полдня мы ввинчивали саморез в столешницу - сперва сын, потом я. Вытащили все гаечные ключи - ни один не подошел. Нашли маленькие плоскогубцы и стали винтить саморез плоскогубцами. Выбившись из сил и немного попричитав насчет "всегда в Икеа все так легко собирается, а тут какой-то столик и никак", с горя сели пить чай. Потом немного отдышались, снова почаевничали и устроили поход "в багажник", где разжились еще одним условно подходящим по размеру ключом.
Условно подходящий ключ тоже не подошел. Тогда мы устроили контрольное чаепитие, после чего с булькающим от чая животом и легкой головой я уселась в позе озадаченного йога перед инструкцией. Последняя представляла собой два молчаливых рисунка - без комментариев.
Видимо, - подумала я, - это так просто, что и слова не нужны.
Еще немного помедитировала на инструкцию, на которой в первом квадратике чья-то сноровистая рука заталкивала обоюдоострый саморез в дырку в столешнице, а во втором та же рука прилаживала сверху ножку.
И тут, подобно удару молнии, пришло озарение - ножка! Вот он, волшебный инструмент, в поисках которого мы с Петей перевернули весь дом, а заодно и багажник...
Следующие три ножки мальчик завернул сам - минут за пять управился.
Комментарии, полагаю, как и в икеевской инструкции, совершенно излишни.

Взяла на репетицию оркестра "сидушку", карандаши и блокнот - рисовать "уходящую натуру", то бишь отцветающую сирень. Петя репетирует, я рисую - таков был план. Сидушка - чудесная вещь, позволяет угнездиться на любом пыльном парапете - никто не хочет делить с тобой лавку или заглядывать через плечо. Разложила карандаши, принялась.
Ровно через пять минут на крошечной лужайке между мной и сиренью появились примерно двадцать крепких таджикских мужчин с веерными граблями в мускулистых руках и начали скрести ни в чем не повинный кусок газона в разных направлениях, гортанно перекликаясь и то и дело сталкиваясь граблями. Вдвадцатером! Кажется, нет такого слова. Слова нет, а двадцать таджиков на крошечный кусок газона - вот они.
В воздух немедленно поднялась пыльная туча из земли, песка и остатков сухой травы. Сеанс рисования перестал быть томным.
Собрала карандаши, ретировалась под гигантский каштан - там как раз освободилась укромная и оттого очень любимая народом лавочка. Под каштаном сумрачно, земля усыпана лепестками - старое дерево только что честно отцвело и теперь отдыхает.
Нашла каштановую кисть в цвету: ничего, можно порисовать и здесь - даром, что темно: нацеплю очки и точка. Достала карандаши, блокнот, разложила.
Ровно через пять минут...
На дорожке с криком "надо же людям где-то есть" возникает энергичная дама под шестьдесят в сопровождении разновозрастных и разномастных детишек в количестве пяти.
Собираю спешно карандаши и блокнот. Теперь я сижу на самом краешке лавки. На свет являются колбасы, сыры, еще какие-то пахучие продукты. Шипучка льется на скамью. Колбаса вначале не желает вылезать из вакуумной упаковки, а потом частично извергается из нее под каштан, который, кажется, вовсе не рад такому удобрению.
Дама беспрерывно говорит, и говорит она примерно такие слова: Дети! Посмотрите на этот каштан! Ему, дети, лет триста, не меньше! Или даже четыреста!
Ага, - думаю я злобно, - или пятьсот. Или шестьсот. И вообще, это не каштан, а баобаб.
Вслух я ничего не говорю, а только стараюсь не сползти с оставшегося в моем распоряжении кусочка и при этом сохранить невозмутимое выражение лица.
Дети, - трещит бодрая руководительница, - посмотрите, послушайте, наконец, как тут тихо! Слушайте, слушайте эту тишину!
Тихие дети обреченно слушают тишину и жуют уцелевшую колбасу.
Наконец, они уходят, забыв на лавке разноцветный дамский жакет, и мне приходится бежать с гиканьем за ними вслед, призывно размахивая чужим имуществом.
Еще некоторое время мы со стариной каштаном смотрим друг на друга и пытаемся понять, что это было.
Я раскладываю карандаши...
Ровно через пять минут из-за угла появляется мальчик на самокате. Мой, но не совсем. Мой мальчик после репетиции машет призывно рукой и всем своим видом напоминает, что пора отправляться пить горячий шоколад из автомата. У этого, не совсем того, в глазах что-то плещется. Плещется, плещется, достигает лавки и, наконец, проливается бурным водопадом - донес, не расплескав ни единой слезинки.
Провожу сеанс расследования с одновременным обниманием и поглаживанием.
Выясняется вот что: примерно посередине репетиции у детей случился небольшой перерыв. Антракт. Все бурно отдыхали, а у мальчика Пети появилось важное дело - под ударную установку кто-то что-то уронил. И этот мальчик Петя полез под тарелку, чтобы это что-то поднимать. (Тарелка - это не из которой едят: железяка такая, по которой лупят.) А другой какой-то не слишком эмпатичный, назовем его так, мальчик (не хочу даже думать, что это была девочка, нет-нет, не может быть) подошел и изо всех своих дурацких сил долбанул по тарелке, под которой была Петина голова. Филейная часть Пети торчала в это время из-под установки, поэтому злоумышленник явно пошутил злоумышленно, а пострадавший, в свою очередь, получил тарелкой по голове, временно оглох и как-то разом обнаружил знание многих обсценных слов и выражений. К вопросу о том, какие бывают небезопасные увлечения: вот, например, об игре в оркестре...
Вот значится. Что бы вам еще такое рассказать?
С целью реабилитации себя после долгого, трудного дня я пошла и решительной рукой сварила себе какао. А очки в это время я временно потеряла. Причем тут очки - это вскоре станет понятно.
Напиток вышел нажористый и пенный, но при этом как-то странно пах. Впрочем, и неудивительно - расследование показало, что в баночке из-под какао был вовсе даже никакой не какао-порошок, а вовсе даже и порошок куркумы, каковой - и теперь я это знаю точно - при смешивании с молоком и сахаром образует мерзость, доселе не являвшуюся на свет.
На этот раз, кажется, точно все.

А, вот еще сирень: кое-что успела набросать впопыхах.




Tags: курьезы, просто так, среда обитания
Subscribe

  • (no subject)

    Лицо, что твоя луна. Пугаюсь с непривычки: утром глядь в зеркало, а там кто-то чужой и страшный. Это все от лекарств и предупреждали. И видела, как…

  • (no subject)

    Нужно съездить в Боткинскую, поговорить с врачом. (Не моим.) Нужно съездить. Это важно. Эта мысль засела занозой и ночью нет от нее покоя. Накануне…

  • (no subject)

    От лечения гормонами отрастает сначала морда лица, потом и другие места не лица подтягиваются: в больнице -то я навиделась людей, в которых струей…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 13 comments

  • (no subject)

    Лицо, что твоя луна. Пугаюсь с непривычки: утром глядь в зеркало, а там кто-то чужой и страшный. Это все от лекарств и предупреждали. И видела, как…

  • (no subject)

    Нужно съездить в Боткинскую, поговорить с врачом. (Не моим.) Нужно съездить. Это важно. Эта мысль засела занозой и ночью нет от нее покоя. Накануне…

  • (no subject)

    От лечения гормонами отрастает сначала морда лица, потом и другие места не лица подтягиваются: в больнице -то я навиделась людей, в которых струей…