drygcheloveka (drygcheloveka) wrote,
drygcheloveka
drygcheloveka

Дедушка и присутственное место

Серебряные кудри, большие голубые глаза, всегда элегантный узел на галстухе и неиссякаемое красноречие - таков наш дедушка - любимец всех моих подруг. И все это великолепие пропадает даром - нет пророка в своем отечестве. Битый час дед учит меня, как надо держаться в присутственном месте, а я только еще больше цепенею.
- А слабо поехать со мной, а?
К моему удивлению, дедушка с легкостью соглашается. Дальше сплошные чудеса: подъезжаем в присутственное место, снаряженные как на войну: документы, документики, справки, справочки, бумажки, бумажулечки. В окошке усталое, потухшее женское лицо без какого-либо проблеска интереса к очередным недовольным посетителям. Сбоку табличка с никому обычно не интересными фамилией, именем и отчеством - разве что жалобу написать пригодятся.
С трепетом разеваю рот, с трепетом же начинаю излагать и тут же с ужасом понимаю, что я тут не главная: дед немедленно меня перебивает: Татьяна Ильинична, от души приветствую! Как я рад! Как я рад! Кто бы мог подумать, нет, кто бы мог подумать, что нас тут встретит ТАКАЯ женщина!
Всем своим видом дед выражает безразмерное и безграничное счастье.
Какой ужас, - думаю я, - и примериваюсь, как бы половчее наступить деду на ботинок.
Между тем потухшее предпенсионное лицо в окошке как по волшебству розовеет, уголки губ поднимаются - и вот перед нами уже улыбающаяся лукаво милая дама без возрастных ограничений.
Танечка, - продолжает гнуть свою железную линию дед, только что благополучно миновавший стадию, когда еще уместно официальное обращение к собеседнице. - Нельзя же так, в самом деле - глядя на вас я совсем позабыл, зачем мы пришли!
На мой требовательный вкус, дедушкины комплименты избиты и просто ужасны, но Танечка весело смеется и желает себе побольше таких позитивных посетителей: А то знаете, вчера приходили сплошь какие-то все неадекватные, я к вечеру так устала! Ну, так что же вы хотите?
Пока я излагаю суть дела, дедушка тоже не дремлет - он замечает коробочку с тремя рожами, красной, желтой и зеленой, установленную сбоку от окошка. Недовольный красный смайлик предназначен для разгневанных посетителей, индифферентный желтый - для равнодушных и, наконец, улыбающийся зеленый для тех, кто остался весьма доволен обслуживанием. Современные критерии оценки кажутся деду непростительно убогими - как можно оценить бесценные Танечкины услуги с помощью зеленой рожи. Тем не менее, раз уж букета роз на фоне пронзенного стрелой сердца на экране не предусмотрено, дед порывается немедленно нажать на зеленый смайлик и тем обозначить свои пламенные чувства. Танечка, из тухлого лица в окошке совершенно уже преобразившаяся в веселую, милую женщину, грациозно не позволяет: Я ведь вас еще и не обслужила!
Ах, Танечка, - дед прижимает руки к груди, - разве вы можете кого-то плохо обслужить. Не верю! Ни за что не поверю!
Недоумевая, куда вдруг девался суровый, готовый отстаивать свои свои права потребитель, давеча целый час кряду объяснявший мне, как надо разговаривать с чиновниками, я с трудом удерживаюсь от смеха, к месту и не к месту время от времени вставляя якобы сконфуженные: Ах, перестаньте же вы, в самом деле!
Заботливая Татьяна Ильинична тем временем, не переставая улыбаться, складывает, вычитает и пересчитывает: цифры так и сыплются из нее - все мутное становится прозрачным, непонятное проясняется и превращается в понятное - ко всеобщему полному удовольствию.
Впрочем, насчет того, кто всему этому причиной, я нисколько не обольщаюсь: слишком хорошо помню, как в прошлый свой одинокий приезд сюда была немедленно и весьма свирепо отослана домой: Вам все посчитают и по почте пришлют. Надо ли говорить, что присланное мне тогда по почте, меня очень сильно расстроило.
Совсем не то сейчас: мы дорогие гости и не должны покинуть гостеприимное окошко обиженными. Попутно я узнаю, какой институт закончила Танечка и рассказываю ей, куда собирается поступать мой одиннадцатиклассник. Дедушка тоже не дремлет: Мы вам верим даже больше, чем себе! - восклицает он и, изловчившись, таки нажимает на зеленую рожу, коварно обещая вскорости вернуться, чтобы нажать на нее еще и еще раз.
Мы расстаемся лучшими друзьями: пока дед в самых галантных выражениях прощается с Танечкой, я, не веря своему счастью, прижимаю к сердцу похудевшую в два с лишним раза квитанцию.
На обратном пути дед рассказывает, как им с бабушкой почему-то встречаются все сплошь милые и любезные чиновники, и (какой сюрприз!) особенно чиновницы.
Слушайте, - меня вдруг осеняет, - что же вы до сих пор делаете на вашей ужасной работе?! Прозябаете и больше ничего! А ведь могли бы приносить людям радость и пользу, открыв агентство по сопровождению нервных, боязливых дам, навроде меня, в присутственные места. У вас же талант!
- Что ты, - кричит дедушка, - что ты мне предлагаешь?! Ведь это же очень опасная работа!
- Чем же это она такая опасная?
- А как же! А ревнивые мужья?! Нет-нет, на такой должности я долго не продержусь!
Серебряные кудри, большие голубые глаза, всегда элегантный узел на галстухе плюс безупречная репутация. И все же, пожалуй, он прав, работа действительно опасная - кто их знает, этих ревнивых мужей...
Tags: просто так
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 18 comments