drygcheloveka (drygcheloveka) wrote,
drygcheloveka
drygcheloveka

Category:

Аппендицит

Мальчик Даня стал легче на один аппендикс и пару кило, потерянных в процессе пред-послеоперационного голодания.
Мой мозг стал тяжелее на еще один жизненный опыт, который, как известно, и есть "наше все".
Всю жизнь я думала, что аппендицит - это когда нажимаешь на живот внизу справа - сразу дикая боль, где надо резко болит, куда-то там отдает и ясно, что пора вызывать скорую помощь. А вот и нет! То есть, когда да, а когда и нет. Оказывается, эта штука может маскироваться подо что угодно: под желудочные симптомы, например. Отрыжка и отвращение к пище. Ежу понятно, на что мальчик потратил "обеденные" деньги: "Признавайся, такой-сякой, чем отобедал!"
Не признается. На всякий случай лишила ужина. Спал-ночевал хорошо, не просыпался, на живот не жаловался.
Утром в школу бужу - снова заболело. Ну, ясное дело, ребенку в школу неохота! Щупаю живот. Живот не так чтобы очень уж твердый и болезненный. С другой стороны, я же не врач! Вот эта-то мысль - "я не врач" - и должна быть решающей в таких ситуациях! Болит живот - надо вызвать врача. Врач, скорее всего, увезет на скорой - и там уже, в больнице разберется: наелся ребенок фастфуда, получил гастрит на почве предстоящих экзаменов и нервных родителей, решил злостно прогулять, другое...
Под "другим" может скрываться аппендицит, как в нашем случае, заворот кишок, короче говоря, "другое", требующее неотложных мер.
Многих отпускают на другой день, предварительно вкатив клизму. Некоторых - в тот же день, к вечеру. Третьих, вызывающих подозрение, оставляют полежать до выяснения. Лежать им, конечно, не с руки: живот давно прошел, приходиться развлекать себя кто как умеет. Аппендицитники и послеаппендицитники активно используют таких "попрыгунчиков": телефончик там поставить на зарядку, за кефирчиком сбегать. Сами товарищи, перенесшие операцию аппендицита, как правило, ведут себя степенно. По крайней мере, в часы посещения. После отбоя жизнь закипает с новой силой: прихожу навещать мальчика, глядь, на тумбочке батарея чьих-то чужих соков в количестве, внушающем опасения.
- Это че вообще? Откуда?
Со всех сторон несется радостный гогот: "Это Даня вчера в дурака выиграл, всю палату обчистил".
Призадумалась, так ли уж нужны мои передачки мальчику, который и без того неплохо себя обеспечивает?!
Но это все, если вовремя вызвать скорую. А если не вовремя...даже и рассказывать не хочется: отдельная палата, располосованный живот, трубочки, баночки, капельницы...
Хорошо, что ума или интуиции мне хватило, чтобы довезти мальчика до поликлиники. Родительская глупость догнала ум и интуицию и всучила ребенку тяжеленный портфель - на случай симуляции как раз ко второму уроку успеет.
Пока ждала окончания Петькиных занятий, мне успели два раза позвонить Даня и два раза доктор: в поликлинике оказались одновременно гастроэнтеролог и узист.
Узист-то и поставил диагноз. Пока я отвозила младшего в сад, Даньку уже увезли в Филатовскую - прямо из поликлиники.
Дальше было не так весело: в Филатовской УЗИ пришлось ждать больше двух часов, все это время мальчик, скорчившись, просидел на стуле. Болело сильно. Когда я приехала, обвешанная сумками с больничным набором вещей, обнаружила сына уже на коляске - сам он идти не мог. Положили в палату на 8 человек, потом переложили в бокс на троих.
И тут началось самое противное: ожидание. Я, когда приехала, застала еще дежурного хирурга, потом и та ушла на операцию. Отделение гнойной и неотложной хирургии. Хороша неотложная хирургия: привезли в 11 утра, на операцию взяли в 7 вечера.
- Мам, мне плохо, сделай что-нибудь! Пойди, спроси, когда операция!
Бегу к сестрам на пост. Они уже устали объяснять: все врачи на операциях, делают детям, которые или раньше приехали или у них состояние неотложнее. Мы стоим в ЭКСТРЕННОЙ(!) очереди!
- А если аппендицит лопнет?! А если ребенка тошнит?! А обезболивающее хотя бы уколоть!
Пожимают плечами: без врача ничего не знаем, ничего не можем, ничего не уколем.
- Врача!
- Говорят же вам, все врачи на операции...
И так по кругу.
Когда появился, наконец, на горизонте мужской силуэт: хирург, я кинулась к нему, совершенно уже утратившая связь с реальностью: ребенка увезли на скорой, положили и ... оставили.
- Сделайте же что-нибудь! Глаза у него уже мутные от боли...
Врач велел обезболивающее колоть и успокоил насчет перитонита: состояние не такое острое. Сын немного подремал - боль после укола притупилась. А потом, уже вечером, освободилась, наконец, операционная. Семилетняя девочка-первоклашка, скрывшая от мамы, что у нее болит живот, чтобы не пропускать школу, была в очереди за нами. У нее, кстати, живот "уже почти прошел", она активно двигалась. А аппендикс между тем, как сказал доктор, вполне созрел. С ее мамой мы потом долго сидели в коридоре и вскакивали каждый раз, когда двери в отделение отворялись.
Анестезиолог со мной поговорил, объяснил, что за операция: пузо не режут, делают три дырки - щадящее вмешательство. Наркоз - ребенок на аппарате искусственной вентиляции легких. Вздрагиваю. Врач уходит. Над дверью в реанимацию икона Пантелеймона целителя.
Родителей теперь не гонят ниоткуда: в день операции можно быть при ребенке неотлучно. Только в реанимацию нельзя. В палатах чисто и светло, еда диетическая, хирурги хорошие -  так говорят. Для малышей за специальной дверью уголок с ковром и игрушками: ясельная комната.
Четырнадцать лет назад, когда мы лежали с сыном в больнице, было существенно напряженнее. Мамы представляли собой класс униженных и оскорбленных, своего рода касту неприкасаемых. Врачи, санитарки, медсестры: все норовили объяснить маме, где ее место в иерархии больничных ценностей. Не помню с какого ребячьего возраста маме еще дозволяли быть в больнице, но на довольствие не ставили - питание святым духом очень укрепляло и без того обезумевших от счастливой возможности пожить в детской нейрохирургии женщин. Помню маму трехлетнего малыша, на голову которому упал...шкаф: мы с десятимесячным Данькой, который в больнице вполне обходился грудным молоком, подкармливали ее полагавшейся сыну порцией...За 14 лет отечественная медицина точно стала гуманнее и человечнее. Только, вот,  очереди по-прежнему остались...
В 22.30 я вышла из ворот Филатовской больницы на Садовое кольцо, волоча за собой бесполезный и чудовищно тяжелый портфель девятиклассника. Мальчик после операции проснулся, сообщил мне, что чувствует большое облегчение, снова переехал в палату на 8 человек - в бокс заселился следующий ожидающий своей очереди страдалец - и, наконец, уснул, облегченный на целый аппендицит. А я, значит, вышла на Садовое. В животе у меня мерцало воспоминание об утреннем бутерброде - попить в отделении мне дали, а больше ничего не обломилось за часы Данькиных страданий.
Я волокла распухший от знаний сундук по ночной Москве и думала, что это мне вперед наука: ребенку в любом случае нужно верить (привет моей умной сестрице!), а врача желательно вызывать сразу...
Tags: Даня, медицина
Subscribe

  • (no subject)

    Как оно все начиналось. Пошли и купили другу на день рождения солдатиков. Теперь у друга есть солдатики. У друга есть хорошие солдатики. А у дарителя…

  • Что мама сказала

    Сын пришел с улицы и говорит: Я книжку читал на лавочке, но тут прилетели вороны - не одна и не две... Их много было, ворон, они надо мной кружились…

  • (no subject)

    Дзыыыынь. Дзыыынь-дзыыынь. Трррррр-дзыыынь. - Петя, вставай! - Ааааыыыы.... - Петя, вставай, проспишь первый урок! - Нееет, не могу! - Все равно…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 45 comments

  • (no subject)

    Как оно все начиналось. Пошли и купили другу на день рождения солдатиков. Теперь у друга есть солдатики. У друга есть хорошие солдатики. А у дарителя…

  • Что мама сказала

    Сын пришел с улицы и говорит: Я книжку читал на лавочке, но тут прилетели вороны - не одна и не две... Их много было, ворон, они надо мной кружились…

  • (no subject)

    Дзыыыынь. Дзыыынь-дзыыынь. Трррррр-дзыыынь. - Петя, вставай! - Ааааыыыы.... - Петя, вставай, проспишь первый урок! - Нееет, не могу! - Все равно…